10 Ментальность-Материальность ~> Контакт ~> Чувство

Быть щедрым в даянии, праведным в поведении, помогать родственникам и быть безупречным в деяниях – вот величайшее благословение.

Будда – Махамангала сутта: Благословения. (Снп 2.4) [43]

Пемасири Тхера: Ну а теперь перейдем к контакту и чувству, phassa и vedanā. Эти два обстоятельства в процессе зависимого возникновения должны рассматриваться одновременно, как утверждает Будда: “В зависимости от ментальности-материальности контакт возникает, nāma-rūpa-paccayā phasso; и затем в зависимости от контакта чувство возникает, phassa-paccayā vedanā”. Я включаю шесть оснований восприятия в ментальность-материальность.

Контакт, phassa, отличается от касания, phoṭṭhabba. Касание означает только наличие какого-то вида связи с четырьмя первичными элементами. Контакт, с другой стороны, означает, что на ум произведено какое-то чувственное впечатление. Термин samphassa используется в сочетаниях, вроде cakkhu-samphassa – контакт глаза. И хотя касание и контакт часто используются как синонимы – это два разных термина.

Дэвид: Термин phoţţhabba может применяться по отношению к уму?

Наши тела часто касаются без контакта, без произведения чувственного впечатления на ум. Когда парикмахер подстригает ваши волосы, контакт не происходит. Когда слепая женщина носит красивый браслет, его красота – это не то, что она может видеть и знать, потому что отсутствует контакт глаза. Знает ли запястье, что на него одет браслет? Знает ли браслет, что он находится на запястье? Конечно же, они оба этого не знают, и здесь нет контакта, нет phassa. Женщина знает, что у нее на запястье браслет из-за наличия физического касания. В этом случае присутствуют и касание и контакт. Человек, обладающий зрением, может посмотреть на браслет и сказать ей об этом. Такая форма контакта так же возможна. Контакт означает, что возникло чувство. Ваших волос касается парикмахер, но чувство не возникает; и чувство не возникает, потому что у ваших волос нет pasāda-rūpa. Наши волосы подобны зданию – в них нет ничего чувствительного, только тонкая форма из четырех первичных элементов. Как результат – чувства не возникают. Здесь нет контакта.

Часто я вообще не понимаю, о чем вы говорите.

Я знаю.

Что заставляет меня удивляться – зачем вы вообще учите меня тому, что я не понимаю.

Я мог бы рассказывать вам о простых вещах, которые вы бы легко поняли, но тогда было бы скучно мне.

Да, наверное и мне тоже!

Все ваши материальные двери восприятия – глаза, уши, нос, язык и тело – каждое имеет свой собственный способ откликаться на воспринимаемое воздействие. Когда такой отклик происходит так же и у вас в уме, то наличествует контакт. Двери восприятия похожи на нити в паутине. Когда одна из нитей начинает вибрировать, то паук знает, что попалось насекомое. И заметьте, что phassa часто происходит без phoṭṭhabba. Когда я предполагаю отправиться в город Курунегала (Kurunegala), мой ум соединяется с идеями и образами о Курунегала. Это не phoṭṭhabba, это только лишь phassa. Человек под названием “Я” совершает контакт.

Может ли термин касание быть применим и к моему телу и к моим глазам?

Практически всегда термин phoṭṭhabba употребляется, когда говорят о теле, а термин phassa употребляется, когда говорят о глазах, а так же об ушах, носе и языке. Когда кто-либо натыкается на вас, pasāda-rūpa вашего тела откликается и воспринимает толчок. Pasāda-rūpa вашего тела чувствительна, но не настолько чувствительна, как pasāda-rūpa ваших других дверей восприятия. Pasāda-rūpa вашего тела относительно грубая. Когда грубая pasāda-rūpa откликается на воспринимаемое воздействие, используется термин phoṭṭhabba, потому что эта грубая pasāda-rūpa создает связь с четырьмя первичными элементами. С другой стороны, термин phassa употребляется, когда более тонкая, более чувствительная pasāda-rūpa откликается на воспринимаемое воздействие и отсутствует непосредственная связь с четырьмя первичными элементами.

Когда вы видите визуальный объект, более чувствительная pasāda-rūpa ваших глаз откликается, и у вас в уме наличествует контакт. Происходит зрение. Это phassa, только phassa. Хотя видимый объект может вызывать у вас некоторое горе или удовольствие, видимое не влияет на ваши физические глаза – ваши глаза не создают связь с четырьмя первичными элементами. Но когда яркий солнечный свет попадает в ваши глаза, то откликается относительно грубая форма pasāda-rūpa. Яркий солнечный свет уже не не-влияет. Он причиняет боль. Ваши глаза физически ощущают этот яркий свет, что означает наличие возникновения связи между грубой pasāda-rūpa и phoṭṭhabba. Следовательно, в этом случае мы можем сказать, что переживание касания, термин phoṭṭhabba, применим к глазам.

ПЯТЬ ВИДОВ ЧУВСТВ

В сутте Медовик Будда утверждает: “Посредством двери восприятия и объекта восприятия может возникнуть сознание двери восприятия. Собранные вместе дверь восприятия, объект восприятия и сознание двери восприятия являются контактом, phassa. В зависимости от контакта, чувство возникает”.

Есть пять видов чувств:
• Приятное телесное чувство, kāyikā sukhā-vedanā
• Болезненное телесное чувство, kāyikā dukkhā-vedanā
• Приятное умственное чувство, cetasikā sukhā-vedanā
• Болезненное умственное чувство, cetasikā dukkhā-vedanā
• Нейтральное чувство невозмутимости, upekkhā-vedanā

Существуют приятные и болезненные чувства телесные и умственные. Понятие тело включает в себя наши пять материальных дверей восприятия – глаза, уши, нос, язык, а так же тело. Между приятным и болезненным находится невозмутимость. Оно нейтрально. Ни приятное ни болезненное телесное или умственное чувство, невозмутимость является хорошо уравновешенным умом, свободным от цепляния и отвращения. Термин чувство является ментальным обстоятельством, а не чем-то внешним. У вас на руке несколько мест от укусов москитов, и они чешутся. Но вопреки тому, что утверждают многие учителя, зуд – это не чувство. Это лишь изменения в материальности, изменения в не-ментальных формах, называемых rūpa. Различие между чувством и просто изменениями в rūpa тонкое, но важно это различие знать. Теперь, поскольку эти укусы чешутся, вы их почесываете, что приводит к возникновению приятных и болезненных чувств, а затем есть некоторое “нравится” или “не нравится”. Всегда приятно почесать зудящее место укуса москита.

Когда чувства приятные и нам удобно, наше переживание является подходящим, sabhāga. Однако, когда чувства болезненные и мы испытываем неудобство, наше переживание является неподходящим, visabhāga. Для вас сидение на подушке будет подходящим, в то время как сидение на бетонном полу будет для вас неподходящим. В начале каждой сессии медитации сидя контакт между rūpa-kalāpa вашего зада и rūpa-kalāpa подушки является приятным. Как вода с водой, ваш зад и подушка не вступают в конфликт друг с другом. Они подобны.

Что такое эти rūpa-kalāpa?

Это единичные пучки из мельчайших частиц, – атомный уровень, – которые происходят из четырех первичных элементов. Эти пучки могут быть живыми, как в вашем теле, или такие пучки могут быть неживыми, как в подушке. После часа сидения на подушке ваш зад начинает болеть, потому что существует конфликт между вашим задом и подушкой. Уже больше не как вода с водой, а скорее как масло и вода, ваш зад и подушка больше не подобны. Четыре первичных элемента вашего зада не находятся в равновесии с подушкой. Усилился элемент огня, температура кожи поднялась. Элемент воды вероятно так же усилился, и вы начали потеть. В попытке уравновесить четыре первичных элемента, ваше тело усиливает приток крови к вашему заду. Но когда баланс четырех первичных элементов изменяется, чувства так же изменяются. Каким бы удобным ни было состояние четырех первичных элементов когда вы начали сидеть, это состояние больше не существует, и возникают болезненные чувства. Вы чувствуете неудобство и желаете изменить свое положение сидя. Удобное стало неудобным, sabhāga превратилось в visabhāga. То что изначально было подходящим для нашего ума, больше нашему уму не подходит. Такова природа контакта и чувства.

Я наблюдаю собственную жажду?

Баланс четырех первичных элементов изменяется. Этого осознания достаточно для вашей практики vipassanā. Прикованные к постели люди зарабатывают пролежни, потому что они остаются в одном и том же положении неделями. Они никогда не переворачиваются и не изменяют положение своих тел. Для них наличествуют только болезненные чувства. Этого не происходит с нами, потому что, как только приятные чувства исчезают и начинают возникать чувства болезненные, мы изменяем свою позу. Если мы пытаемся испытать слишком приятный контакт, то этот контакт становится болезненным. Когда вы смотрите на красивую женщину, в вашем уме возникают приятные чувства. Если вы будете смотреть на эту же женщину в течение часа, ваши чувства изменятся с приятных на болезненные. Но прежде чем это произойдет, вы подумаете: “Я смотрел на нее достаточно”. Мы не можем испытывать один и тот же объект в течении длительного времени. В какой-то момент изначальное приятное, которое мы испытываем от объекта, изменяется на неприятное.

Ум должен колебаться между приятным и болезненным, sukha и dukkha. Человек может существовать разумно в этом мире сферы чувств, в котором мы живем, только когда контакт с объектами продолжает изменяться с приятного на болезненный. Даже медитирующие, которые практикуют должным образом, колеблются между приятным и болезненным. Если люди остаются в одном состоянии без переключения туда и обратно, то они становятся психически больными. Вы должно быть видели психически больных людей на улицах Коломбо, людей, которые никогда не моются, очень грязных, и всегда в каком-то болезненном состоянии. Для них вполне хорошо и нормально жить в болезненных условиях. Противоположная крайность, если люди постоянно испытывают приятное – красивый дом, еда, одежда и т. д. – возможно условия для принцессы Дианы, они так же становятся нездоровы психически.

ЧИСТОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ

Только приятные и болезненные чувства ведут людей к крайностям и психическому нездоровью; тогда как нейтральные чувства невозмутимости, upekkhā-vedanā, никогда не выводят людей из равновесия.

Воры крадут автомобили с жаждой, taṇhā, и испытывают некоторый вид счастья или некоторое количество удовольствия от воровства машин. В противном случае они бы машины не воровали! Во время угона контакт вора с украденной машиной приятен; он ощущает счастье, потому что обрел машину. Наличествует приятный контакт с объектом. Приятное чувство. Но когда вор обнаруживает, что его преследуют владельцы машины и он вот-вот будет пойман, его контакт с машиной изменяется с приятного на болезненный. Вор знает, что владельцы машины злы на него за то, что он ее украл, и он знает, что они хотят его побить. Поэтому не удивительно, что контакт вора с объектом, машиной, становится болезненным. Он начинает сожалеть о совершенном, когда владельцы машины в конце концов его догоняют. Удовольствие сменяется на боль. Разгневанные владельцы затем передают вора полиции, и полиция ведет его в суд, где судья приговаривает его к тюремному заключению. Позже, томящийся в тюрьме вор безразличен к тому автомобилю. Ситуация находится вне его контроля.

Раньше я очень сильно выпивал.

Ну, за ночь тяжелой попойки, действительно сильно опьянев, вы переживаете и приятный и болезненный контакт с алкоголем. К утру вы оказываетесь в нейтральном состоянии безразличия к алкоголю, возможно с похмельем, и у вас больше нет причины продолжать выпивать. Ну а сейчас вы медитируете вместе пьянства. Если вы когда-нибудь успокоите свой ум до состояния samādhi, то увидите, что чувство не имеет сердцевины.

Под отсутствием сердцевины вы понимаете anatta?

Нет, отсутствие сердцевины. Поскольку то же самое приятное чувство, к которому вы цепляетесь, в конечном итоге превращается в болезненное чувство, мы говорим, что чувство не имеет сердцевины и основания. Когда вы успокоитесь в samādhi, то ясно увидите, что чувство имеет вот такое свойство anicca, и в результате вы не будете цепляться к приятным чувствам. Я не говорю об anattā. Когда наличествует sati, ментальность и материальность различимы, и все видится, как непрерывный поток зависимого возникновения, неразрывная цепь из причин и следствий.

И когда я смогу справиться с sati, тогда я буду в покое?

Невозмутимость может возникнуть из неведения, заблуждения или мудрости. Когда я задаю вам вопрос о предмете, о котором вы знаете очень мало, например, о сути сознания jhāna, то вы просто не в состоянии дать мне ответ. В результате неведения ваш ум склоняется к невозмутимости. У вас просто нет другого выбора, кроме безразличия. Невозмутимость может возникнуть, когда человек узнает, что смертельно болен, и он или она отказывается от надежды. Невозмутимость так же возникает от приема некоторых препаратов. И она возникает, когда медитирующий подавляет его или ее загрязнения посредством практики samatha. Даже такой результат, такая невозмутимость, которая возникает из-за практики медитирующим samatha, возникает из неведения и заблуждения медитирующего. Напротив, невозмутимость для мудрого человека возникает по той причине, что он или она осознают, что те же условия, что приводят к возникновению в жизни удовольствия, assāda, так же приводят к возникновению боли. Боль – это недостаток, эти ādīnava, эти опасности, приятных условий. Понимая, что боль связана с приятным, мудрый человек устремляется к невозмутимости относительно всех объектов. Арахат полностью осознает истинную природу assāda жизни и ее ādīnava и пребывает в невозмутимости. Вы можете прочитать об удовольствии, боли и опасности чувств в сутте “Семь случаев” (СН 12.57) [44], а так же в сутте “Если бы не было” (СН 14.33) [45].

Хорошо, вы говорите, что если я собираюсь когда-нибудь найти покой для ума, то я должен уяснить, что всегда есть боль и опасность, связанные с чувством удовольствия.

Бодхисатта Сиддхартха Гаутама полностью понимал суть удовольствия, и понимал, как удовольствие связано с мучениями и опасностью. Обучаясь у Алара Калама, он достиг сферы отсутствия всего – чрезвычайно утонченного и умиротворенного объекта для его ума. Без направления мыслей или даже без чего-либо вообще, о чем можно было бы думать, сфера отсутствия всего является таким высоким достижением, что Алара Калама полагал ее высочайшим достижением из возможных. Алара Калама оценивал ее как состояние чистого удовольствия без страдания и изъянов. Сиддхартха, однако, видел мучения и изъяны в сфере отсутствия всего – она так же была обусловлена, что означало подверженность распаду и смерти, а следовательно и страданию. Сиддхартха продолжил свои поиски.

ОТСУТСТВИЕ БЕСПОКОЙСТВА

Как я говорил в начале этого раздела, контакт и чувство – phassa и vedanā – должны обсуждаться совместно. Они не могут быть разделены, почему Будда и сказал: “В зависимости от контакта чувство возникает”. Для развития нашего ума, для достижения освобождения, мы должны понять суть vedanā. Когда мы живем в kāma-loka, в этом мире сферы чувств, мы должны рассматривать суть vedanā в kāma-loka. Мы должны рассматривать происходящее вокруг нас, что означает рассматривать kāma, рассматривать чувственность.

Медитирующий, подавивший жажду к чувственности, покидает kāma-loka и входит в rūpa-loka, тонкоматериальный мир. Он или она достигают первой jhāna. Когда медитирующий имеет полный контроль над первой jhāna и входит в нее по желанию, это называется – первая jhāna-samāpatti. Ум медитирующего полностью обжился в состоянии samādhi, в jhāna. Он или она не думает о чувственном мире, не беспокоится о чем-либо чувственном – это сознание не обычной природы. Медитирующий думает только о тонкоматериальном мире, мире, полностью отделенном от чувственности и отделенном от причинения вреда существам, возникающего из-за погони за чувственными удовольствиями. В jhāna медитирующий имеет контакт только с чрезвычайно утонченными формами производной материальности, утонченными формами, называемыми upādāya-rūpa, что является более приятной формой контакта, чем контакт в kāma-loka. Хороший практик медитации направляет ум к утонченной upādāya-rūpa и избегает направления ума к грубым формам производной материальности из четырех первичных элементов. Со временем медитирующий воспринимает в теле легкость, мягкость, а так же воспринимает изменения в теле и возникновение ощущений. Поскольку медитирующий избегает какой-либо прямой связи с четырьмя первичными элементами, он или она испытывают только ментальный контакт и не испытывают касания. Вы успеваете за мной? Для медитирующего наличествует phassa, но отсутствует phoṭṭhabba. Это только ум воспринимает изменения в теле, это на уровне upādāya-rūpa.

Хороший медитирующий может выбрать, наблюдать ли ему за возникновением материальности, производимой каммой, или за возникновением материальности, производимой умом. Мужчина или женщина, которые полностью достигли jhāna, тренировали свой ум с помощью знака jhāna – nimitta. Nimitta является знаком совокупности, которая, которая появляется внутри, в уме. Это upādāya-rūpa. Находясь в jhāna, медитирующий выбирает контакт с nimitta и избегает контакта с грубой материальностью из четырех первичных элементов.

Я предполагаю, что медитирующий не совершает какого-либо умственного контакта с этой материальностью своего зада, который болит от сидения на подушке в течении часов! Может ли медитирующий иметь контакт с тонкой материальностью, pasada-rūpa, пока находится в нашем мире сферы чувств?

Нет. Только во время пребывания в jhāna. В зависимости от ситуации, медитирующий может выбрать phassa с чрезвычайно утонченной upādāya-rūpa. Он или она направляет свой ум к приятным объектам контакта и избегает направления ума к болезненным объектам контакта. У медитирующего отсутствует phassa с четырьмя первичными элементами, будь они грубой или тонкой pasāda-rūpa. Выбирается только приятный phassa, болезненные чувства не возникают – достигается ментальное и материальное спокойствие. Тонкоматериальный мир jhāna полностью исключен из чувственности мира сферы чувств. Он не совместим с чувственностью. Когда медитирующий испытывает тонкоматериальный мир, он или она полностью погружены в этот тонкоматериальный мир. Когда медитирующий выходит из jhāna, испытывает мир сферы чувств, он или она полностью погружены в этот мир сферы чувств. Это возврат назад к чувственности.

У нас всегда наличествует phassa?

Мирской, lokiya, означает, что наличествует phassa, контакт. Все ментальные явления, за исключением magga-phala из lokuttara, имеют phassa. В lokuttara наличествует только vedanā и нет phassa.

КОНФЛИКТЫ ДОМА

Однажды вы мельком видели jhāna, лишь беглым взглядом. Проживая здесь, в нашем медитационном центре, вы вовлечены в сравнительно интенсивные периоды медитации при ходьбе и сидя, и обрели некоторую степень спокойствия, может быть какое-то прозрение. Вы никогда по-настоящему не испытывали jhāna и вы определенно не стали знатоком вхождения jhāna. Вы только испытывали приятное чувство, которое вы создали у себя в уме.

Здесь, в центре, очень спокойно. Но я все еще вступаю в конфликты дома.

Вы такой не один. Многие люди, даже те, которые считают себя хорошими практиками медитации, имеют дома конфликты. Конфликты возникают из-за наших воззрений. Если переживания в медитационном центре приятны, медитирующий часто хочет тех же приятных переживаний и дома. Это невозможно. Например, в то самое время, как человек хочет помедитировать сидя и тишины в доме, его жена болтает со своими подругами или его сын смотрит телевизор. Человек потревожен и отчитывает их: “Замолчите!” или “Почему вы не медитируете?” или “Вы должны медитировать.” или “Вы не должны смотреть телевизор – это вредно для вас”.

“Папа, – говорит его сын, – ты сумасшедший. Я думаю, что медитация – это для тебя плохо”. Жена и сын не понимают, почему этот человек хочет медитировать и беспокоятся о нем.

Медитационный центр предназначен для медленной ходьбы, сидения часами и тишины. Никто не обращает особого внимания на эти практики. Однако, невозможно заниматься этими видами практики вне медитационного центра, и такие попытки лишь приводят к конфликтам. Конфликты возникают, когда медитирующие лишь мельком увидели то, что лежит за пределами мира сферы чувств и полностью jhāna не постигли. Оценка и поиск чужих недостатков является огромным препятствием для дальнейшего продвижения. Некоторые бхикку оценивают других бхикку: “Когда я иду за подаянием, вы тоже должны пойти за подаянием” и “Раз я сижу в медитации четыре часа, то и вы тоже должны сидеть в медитации четыре часа”. Безнадежные, как вообще кто-либо может одобрять подобное поведение? Они не нашли ни капли спокойствия даже после видения того, чем на самом деле являются объекты. А вы? Раз вы достигли определенного сосредоточения в вашей практике здесь в нашем центре, вы ожидаете от ваших коллег по медитации достижения того же уровня сосредоточения. Поведение многих из ваших коллег по медитации вас раздражает, в том числе их непрошеные и ненужные советы, что означает то, что вы все еще не понимаете сути бытия человеком. Вы не знаете ваш собственный ум и не знаете, как жить в этом мире сферы чувств.

Но когда я смотрю по сторонам, то не вижу никого в этом центре, кто применял бы ваши наставления.

Качества человека различить трудно. Наблюдая внешние проявления, глядя на людей, вы не можете оценить состояние ума человека, вы не можете ничего сказать о его духовных достижениях. Некоторые из практиков медитации выглядят очень сдержанными. Они молчаливы, всегда устремляют свой взгляд к земле, никогда не смотрят по сторонам и всегда ходят очень осторожно. Они могут медленно есть и дышать. Эти признаки не несут смысла. Другой практик медитации может есть быстро и даже много разговаривать, но быть более способным в плане подавления помех и преодоления загрязнений. Постарайтесь иметь немного сострадания к вашим соотечественникам, так как многие из них находятся в зрелом периоде своей жизни и все осложняется ответственностью перед семьей – у них есть мужья, жены, дети, работа, финансовые проблемы и так далее, и так далее. Несмотря на всё это, эти миряне, оставившие свою работу дома на месяц или два и посвятившие себя практике в нашем медитационном центре, могут быстро продвигаться по этому пути. И когда они вернутся домой, при наличии понимания между членами семьи, то все продолжит развиваться гладко и быстро. Отец может медитировать, а остальные ему содействовать тем, что не будут шуметь. Аналогично, когда приходит черед медитировать для матери, она получает такую же поддержку, и тогда практика становится уравновешенной. Почитайте сутту “Накулапита” в Самьютта Никая (СН 22.1) [46]

Некоторые люди, по причине своего опыта в медитации, не ведут уравновешенную жизнь в обществе. И само собой, из-за их неуравновешенной натуры другие люди отвращаются от медитации. Мы не должны смешивать общество и то, что мы делаем в медитационном центре. Когда я впервые начал медитировать в Кандубода, мои родители дали мне совет: “Не рассказывай никому историй о медитациях”. Поэтому, когда я был дома, то делал то, что и другие подростки, например, запускал воздушных змеев и катался на велосипеде.

Подростки хорошие медитирующие?

Подросткам хорошо в медитационных центрах. И их родители не волнуются, потому что знают, что их дети находятся в безопасном месте. Когда я был подростком, мои родители дали мне разрешение медитировать с одним условием – “Веди себя так, чтобы не опозорить нашу семью”. Под позором они понимали воровство, ложь или быть лгуном. Я знал, что если я защищаю себя от подобного, то я на правильном пути и могу заниматься чем угодно другим! Я был свободен и медитировать для меня было легко. У молодых людей практика может идти очень хорошо.

ЧУВСТВЕННОСТЬ И СТРАСТЬ

Kāma отлична от rāga. Термин kāma означает чувственность. Он означает, что через наши двери восприятия мы принимаем видимое, звуки, запахи, вкусы и касания тела. Rāga же переводится как страсть, а иногда переводится просто как признание ценности или наслаждение. Оба понятия часто связаны, как в kāma-rāga, но kāma применяется только по отношению к дверям восприятия. Мы не употребляем термин kāma, когда говорим о rūpa-jjhāna и arūpa-jjhāna.

Есть три вида rāga:
• Чувственная страсть, kāma-rāga
• Тонкоматериальная страсть, rūpa-rāga
• Нематериальная страсть, arūpa-rāga

Чувственная страсть, kāma-rāga, так же известная как наслаждение чувственностью – это то, что мы испытываем, когда у нас наличествует приятный контакт с объектами нашего мира сферы чувств. Привычное явление, наслаждение чувственностью является нормальным – ничего необычного. У нас у всех есть личные предпочтения – что-то нам нравится и что-то нам не нравится. Когда я беру своих зарубежных гостей в поездку в Канди (Kandy), то стараюсь быть хорошим хозяином. Я начинаю с того, что убеждаюсь в комфортабельности их сидений, потому что так же, как вы или я, они предпочитают удобные сиденья неудобным. Они признают ценность такой формы касания тела. Это наслаждение чувственностью, kāma-rāga. В ходе поездки я указываю на водопады, виды с хорошим обзором, птиц и слонов. Мои гости всегда мне говорят, что виды прекрасные, а дикая природа завораживающая. Они выражают свое признание ценности, rāga. В домике для отдыха мы пьем чай, едим пирожные и вдыхаем свежий горный воздух. И снова мои гости выражают свое признание ценности и наслаждение. В Канди мы получаем удовольствие, слушая gāthā в декламации бхикку. Удобные кресла, красивые виды, вкусный чай и пирожные, аромат свежего воздуха и звуки gāthā – наслаждение чувственностью захватило моих гостей через все их двери восприятия. Конечно же в них возникло наслаждение. Почему бы им не понравились приятные объекты контакта? Для всех совершенно естественно наслаждаться чувственным удовольствием. Kāma-rāga. Оно возникает во всех.

Арахат может испытывать rāga?

Мы не можем применять понятие rāga по отношению к арахатам или anāgāmī. К их переживанию объектов восприятия ближе соблюдение или принятие социальных условностей. Он или она принимают тот факт, что сидение в удобном кресле является приятным. Они могут принять тот факт, что пребывание в rūpa-jjhāna и arūpa-jjhāna является приятным. Будда принимал приятное окружение как приятное. В двух случаях тело Будды становилось сияющим – во время просветления и во время окончательного ухода. Хотя принятие чувственного удовольствия все еще возникает для арахатов, чувственное удовольствие не нарушает их невозмутимости, как это происходит с теми, чей уровень знания меньше.

Родители часто приводят своих детей в наш медитационный центр. Дети, девочки и мальчики от пяти до десяти лет, сидят на полу, а иногда даже сидят и на мне. Я разговариваю с ними, даю им сладости, глажу по спине, иногда держу их за руки во время прогулки по центру, и, если они еще достаточно маленькие, я переношу их через неровности на земле. Мне нравится компания маленьких мальчиков и девочек. Мне так же нравится компания подростков мальчиков и девочек, и по отношению к подросткам я ощущаю то же, что и к тем, кому от пяти до десяти – признание ценности и удовольствие. Это моя kāma-rāga.

“Вы не должны обучать девочек-подростков”, – сказал один человек. “Это нормально обучать тех, кому от пяти до десяти лет и взрослых, но это неправильно учить подростков девочек”.

Нет ничего плохого в том, чтобы обучать девочек-подростков Дхамме – ничего такого.

Некоторые могут понять то, что вы говорите, неправильно.

ДВА СЛУЧАЯ РАЗЛИЧАЮЩИХСЯ УСЛОВИЙ

Чтобы мы не развили для самих себя – это наше и только для нас самих. Это внутреннее. Пока мы живем в медитационном центре, мы ведем себя образом, который подходит для медитационного центра. Пока мы живем мирской трудовой жизнью, мы ведем себя образом, который подходит для обычного мирского трудового существования.

Что вы понимаете под этим “подходит”?

Быть подходящим – означает наше вовлечение в благотворные и полезные дела, которые обычны для всех. Мы рождаемся в этом мире сферы чувств; нам приходится жить в этом мире сферы чувств. Это не значит вести низкую жизнь в этом мире сферы чувств – полную зависти, ревности и похоти. Нет. Мы практикуем доброту, сострадание и щедрость. Мы медитируем для развития мудрости и для жизни в гармонии с людьми. Избегаем конфликтов. И для избежания конфликтов мы взаимодействуем с другим понятным для них способом, а не таким способом, который понятен только нам. Когда мы находимся в мирской обстановке, мы ведем себя по-мирски. Мы не навязываем наши воззрения о сути контакта и чувства людям, не принимающим контакт и чувство во внимание. Нет. И медитирующий, достигший jhāna, не обсуждает природу сознания jhāna с людьми, которые jhāna не интересуются. Контакт и чувство в jhāna – это одно; котакт и чувство в kāma-loka – это нечто другое.

Каковы мои шансы достичь jhāna?

Если вы понимаете пользу и вред kāma-loka, то вы легко достигните уединенности и покоя jhāna. А когда после вернетесь назад в kāma-loka, у вас будет некоторая объективность по отношению к природе kāma-loka. Ваш шанс ясно увидеть удовольствия и боль kāma-loka, ее assāda и ādīnava, будет куда выше, чем у того, кто никогда не достигал jhāna, никогда не входил в rūpa-loka, поскольку jhāna является полной противоположностью нашей беспокойной kāma-loka. Некоторые сильные практики медитации знают о чем я говорю, и поэтому знают, как жить в гармонии с другими.

Если Будда дал нам 1000 единиц учений о сути контакта и чувства (1000 – это условно), то sotāpanna может понять 100 из 1000, а обычный человек возможно поймет только 25 из 1000. Обычный человек не знает различия меду полезным и вредным; он или она не достигнут jhāna. Sotāpanna всегда взаимодействует с обычным человеком на уровне, который либо равен уровню понимания этого обычного человека, либо чуть ниже, может быть на уровне в 23 или 24 единицы. Если sotāpanna взаимодействовал с человеком на уровне выше, чем уровень понимания этого человека, например, помог ему на уровне 26, то этот обычный человек определенно запутается и поймет что-то неправильно. Он просто не сможет соотнести всё правильно. Даже если 26 единиц – это лишь чуть выше уровня понимания обычного человека в 25 единиц, такой человек предположит, что sotāpanna действует из жадности, действует из злости или ведет себя образом, предполагающим психическое заболевание. Так возникнет конфликт между sotāpanna и таким обычным человеком. Да, взаимодействие между людьми всегда проблематично. Если я хочу кому-то помочь, то я помогаю в меру своих возможностей. Но очень часто моя помощь приводила к большому замешательству и серьезным конфликтам: они думали, что я ожидал чего-то или вел их куда-то.

Дома я хотел бы того же спокойствия, что есть у меня здесь, в центре.

Вы не можете иметь того же спокойствия у себя дома, так как контакт и чувство зависят от условий, в которых они возникают. Необходимо принимать во внимание условия, в которых в живете. Когда вы отправляетесь в медитационный центр и относительно интенсивно практикуете на протяжении от пятнадцати дней до месяца, то условия медитативные, менее мирские, чем дома. Соответственно, в зависимости от этих менее мирских медитативных контактов медитативные чувства возникают. А когда есть медитативные контакты и чувства, появляются медитативные rūpa-kalāpa. Ваша ментальность и материальность, ваш ум и тело, подвержены влиянию существующих условий. Ваши умственные образования в медитационном центре имеют чуть менее мирскую природу, чем ваши умственные образования дома.

Когда вы покидаете медитационный центр и возвращаетесь домой, условия полностью мирские и вы сталкиваетесь с чувственными объектами, что означает возникновение чувственных видов контакта и чувств. По этой причине, в зависимости от мирских контактов и чувств мирские rūpa-kalāpa возникают в вашем уме и теле. Для rūpa-kalāpa вашего ума и тела всегда требуется некоторое время, чтобы преобразоваться из их спокойного медитативного состояния, к, говоря относительно, беспокойному мирскому состоянию. Пока такое преобразование осуществляется, вам просто приходится ожидать. Может пройти несколько дней, прежде чем вы сможете легко подбирать слова, иметь нормальные мысли и полностью перенастроитесь на эту мирскую жизнь. Возможно, в этот период перенастройки от медитативных к мирским условиям, вы попадете в конфликты через навязывание воззрений, мнений и оценок, и критику. Вы можете думать: “Я очень сдержан и спокоен, но вот другие вообще несдержанны и неспокойны”.

Имейте в виду, что и условия в медитационном центре и условия дома являются мирскими. Медитационный центр лишь чуть менее мирской, чем домашняя жизнь. Kāma-loka, rūpa-loka и arūpa-loka – это всё мирское, lokiya. Чтобы условия были отличными от мирских, медитирующий должен достичь пути и плода надмирского, lokuttara. Должен достичь sotāpatti.

Те, кто всегда находятся в медитативных условиях, как, например, в медитационном центре, испытывают медитативные виды контакта и чувств каждый день своей жизни. Поскольку они не переключаются туда и обратно между двумя различными условиями – медитативными и мирскими – преобразования rūpa-kalāpa никогда не происходит и нет конфликта между двумя различными условиями. Конечно, даже такие искренние медитирующие могут иногда бывать в пятизвездочной гостинице, посещая свадьбу родственников. Будда посещал свадьбы. Пока такие практики медитации не погрузились полностью в мирской образ жизни, они могут оказывать помощь людям, которые полностью погружены в мирскую жизнь.

Эти люди являются sotāpanna?

Нет. Не обязательно, так как вполне возможно, что в одной из своих прошлых жизней они были бодхисаттами, и вместо достижения magga-phala они помогают другим, иногда.

Почему они помогают только иногда?

Лишь иногда приходит кто-то и задает правильные вопросы.

Делитесь в соцсетях!